Сочинения
Готовые Домашние Задания

Евгений Онегин и автор в одноименном романе А. С. Пушкина

Условий света свергнув бремя,

Как он, отстав от суеты,

С ним подружился я в то время.

Мне нравились его черты,

Мечтам невольная преданность,

Неподражательная странность

И резкий охлажденный ум, —

— так рассказывает А. С. Пушкин о своем знакомстве с Евгением Онегиным, героем романа, превращенным в живого человека силой поэтического таланта автора.

В первой главе произведения Пушкин смотрит на Онегина со стороны с сочувствием и в то же время с большой долей иронии. У читателя первой главы нет оснований отождествлять героя с автором. Очевидны различия в их мировоззрении, вкусах, круге интересов. Образ автора наиболее ярко вырисовывается в лирических отступлениях и в отдельных замечаниях об искусстве, о природе и о поэтическом творчестве. Как сказал В. Г. Белинский, “личность поэта... везде является... по преимуществу артистическою”. Онегин же интересуется в основном социально-экономическими вопросами:

Высокой страсти не имея

Для звуков жизни не щадить,

Не мог он ямба от хорея,

Как мы ни бились, отличить.

Бранил Гомера, Феокрита;

Зато читал Адама Смита

И был глубокий эконом...

Герой и автор представляют собой две стороны одного и того же явления: неудовлетворенности обществом, оторванности от него, так называемые странности. Направление Онегина — практическое, ум его резок и холоден. Страстная натура Пушкина ищет спасения в прекрасном. Героя и автора объединяет то, что оба они — мыслящие люди, выделяющиеся из “черни светской”.

В первой главе романа отношение Пушкина к Онегину слегка насмешливо, и герой еще не воспринимается нами как фигура трагическая. Но уже в начале романа есть немало моментов, где автор разделяет онегинскую точку зрения, говорит одновременно от собственного лица и от лица героя:

И снова, преданный безделью,

Томясь душевной пустотой,

Уселся он — с похвальной целью

Себе присвоить ум чужой.

Отрядом книг уставил полку,

Читал, читал — а все без толку:

Там скука, там обман иль бред;

В том совести, в том смысла нет;

На всех различные вериги;

И устарела старина,

И старым бредит новизна...

Пушкину близок вдумчивый, критический взгляд Онегина на литературу и на жизнь в целом. Высокие требования, предъявляемые героем романа ко всему и всем, — признак глубокого, неравнодушного ума. Именно это сближает Онегина с Пушкиным.

Кроме того, герой страдает, “томясь душевной пустотой”. Сколько людей в окружении Пушкина и Онегина или не осознают своей душевной пустоты, или вовсе не мучаются ею. Мыслящие личности навлекают на себя ненависть посредственностей.

...Обоих ожидала злоба

Слепой Фортуны и людей, —

замечает о себе и своем герое Пушкин в начале романа.

Итак, в “Евгении Онегине” перед нами предстают два совершенно разных, но близких по духу и положению в обществе человека, автор и герой.

Роман писался более семи лет. За это время значительно изменилась личность Пушкина: его взгляд на историю, общество и человека стал более зрелым и глубоким. К моменту завершения работы над “Евгением Онегиным” в творчестве Пушкина наступил период исторических и философских обобщений. Трезвая оценка ситуации в России второй четверти XIX века привела к усилению трагических мотивов в произведениях поэта. С изменениями в мировоззрении Пушкина менялся и его взгляд на Евгения Онегина.

Главное в отношении автора к герою оставалось прежним: уважение к “неподражательной странности” Онегина. Однако с каждой главой романа Пушкин все чаще говорит о своем герое не только серьезно, но и с состраданием, с болью. “Молодой повеса” первой главы превращается в “неисправленного чудака”.

Уже в третьей главе романа Пушкин с сочувствием пишет об Онегине: .

..Он в первой юности своей

Был жертвой бурных заблуждений

И необузданных страстей,

Привычкой жизни избалован,

Одним на время очарован,

Разочарованный другим;

Желаньем медленно томим,

Томим и ветреным успехом,

Внимая в шуме и в тиши

Роптанье вечное души,

Зевоту подавляя смехом,

Вот так убил он восемь лет,

Утратя жизни лучший цвет.

В желании понять героя, проникнуть в его внутренний мир проявляется гуманизм автора, о котором говорил В. Г. Белинский в статьях о “Евгении Онегине”. Не раз защищая героя от порицания толпы, Пушкин пишет о том, что нельзя осуждать человека, не поняв его. Он подчеркивает в Онегине “роптанье вечное души”, то есть считает его натурой противоречивой и страдающей. Таков и сам Пушкин. В лирических отступлениях романа звучит то страсть, то разочарование, то нежность, то холодное презрение, то вера в будущее, то пессимизм.

Пушкин выступает в защиту Онегина именно тогда, когда герой совершает поступки, вызывающие недовольство и даже возмущение многих читателей. Предчувствуя, что Онегина осудят за холодную отповедь Татьяне, Пушкин пишет:

Вы согласитесь, мой читатель,

Что очень мило поступил

С печальной Таней наш приятель;

Не в первый раз он тут явил

Души прямое благородство...

Автор требует, чтобы на этого “странного человека” взглянули не предвзято, а с живым интересом, с сочувствием. Понимание было необходимо и самому поэту. Одиночество звучит в тех строфах романа, которые были написаны Пушкиным в Михайловской ссылке:

Но я плоды моих мечтаний

И гармонических затей

Читаю только старой няне,

Подруге юности моей,

И после сытного обеда

Ко мне забредшего соседа,

Поймав нежданно за полу,

Душу трагедией в углу...

Онегин и Пушкин снова оказываются в сходном положении: они не поняты людьми, одиноки.

Рассуждая о причинах того, что Онегин принял вызов Ленского на дуэль, автор опять-таки оправдывает своего героя, на этот раз путем обобщения:

И вот общественное мненье!

Пружина чести, наш кумир!..

Поэт призывает читателя взглянуть на себя самого, перед тем как судить Онегина. Способность честно оценить свое поведение — свойство незаурядных натур. Им обладает как сам Пушкин, так и Онегин. В этом они тоже поднимаются над “чернью светской”.

После описания дуэли Пушкин заявляет:

...я сердечно

Люблю героя моего...

Это еще раз подтверждает и то, что Пушкин оправдывает Онегина, и то, что невозможно отождествить автора и героя даже там, где во многом сближаются их судьбы, настроения, отношения с окружающим миром.

Далее следует лирическое отступление об изменении характера творчества Пушкина, заканчивающееся обращением к вдохновению:

Не дай остыть душе поэта,

Ожесточиться, очерстветь,

И наконец окаменеть

В мертвящем упоенье света...

Видимо, не случайно мысль о духовной смерти возникает у Пушкина именно после рассказа о дуэли. Конечно, душа Онегина еще не окаменела, но убийство Ленского совершено человеком с ожесточенным и черствым сердцем. Не виня в этом своего героя, Пушкин находит причину в “мертвящем упоенье света”.

Появляется глубокое, принципиальное различие между автором и героем: душа Онегина стала холодной, личность Пушкина остается “прекрасною и гуманною”, как заметил В. Г. Белинский.

Но страшная участь духовной гибели минует Онегина. “Им овладело беспокойство”, — говорит Пушкин. В восьмой главе романа Онегин вновь является в свете. Он чужд обществу, в котором нет места живой критической мысли, и оно чуждо и враждебно ему.

...Посредственность одна

Нам по плечу и не странна, —

пишет Пушкин, Это его собственная боль одиночества, неудовлетворенности, стремления к недосягаемым идеалам.

В образе Евгения Онегина воплотился взгляд Пушкина на мыслящую личность 20-х годов XIX века. Была поставлена проблема отсутствия достойного поля деятельности для незаурядных характеров, нашедшая свое продолжение в русской литературе 30—50-х годов. При этом в рассуждениях об Онегине постоянно присутствует личность автора, оценивающего своего героя с позиций исторических и гуманных. “Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его; здесь его чувства, понятия, идеалы”, — сказал В. Г. Белинский об авторе “Евгения Онегина”.

Сочинения по теме: